Бюджеты коронавирусного значения. Как регионы латают дыры в главных финансовых документах

0 0

чиновник

Главы субъектов ломают голову, как рассчитаться с долгами

Сегодня в Госдуме приняли в первом чтении проект федерального бюджета на 2021-й и на плановый период 2022–2023 годов. Впервые за несколько лет он будет дефицитным. Впрочем, пандемия коронавируса внесла свои корректировки в работу органов власти как федерального, так и регионального уровней. Нагрузка на региональные бюджеты – в большинстве своем и без того дефицитные – увеличилась в разы. В Минфине отмечают: по итогам этого года их дефицит составит около 700 млрд рублей, а в следующем году – порядка 500 миллиардов. Что же происходит в регионах с долгами, какие сферы страдают больше всего и как главы регионов пытаются «выкручиваться» – разбирался «ФедералПресс».

Без долгов и с профицитом

Из всех российских регионов лишь два не имеют госдолгов. Первый – это город федерального значения Севастополь, где проживает около 450 тысяч человек. Здесь реализуется несколько федеральных целевых программ, при этом банки из-за санкций не хотят заходить на полуостров. Второй субъект без долгов – Сахалинская область, единственный регион-донор на Дальнем Востоке. Его бюджет наполняется прежде всего из-за крупных нефтегазовых проектов. Впрочем, в этом году там произошло снижение валового регионального продукта из-за сворачивания ряда мощностей.

В некоторых регионах ситуация хоть и хуже, чем на Сахалине и в Севастополе, но не критичная. Например, спикер пермского краевого заксобрания Валерий Сухих оценивает проект бюджета на будущий год как сбалансированный. Благодаря этому обязательные социальные расходы обеспечены в полном объеме. На эти цели заложено свыше 70 % расходной части бюджета. Регион готов заимствовать средства, сохраняя взвешенную долговую политику.

Правительство Приангарья отказалось от покупки дорогих ковров, но сохранило тягу к комфорту

По словам доктора политических наук Дмитрия Нечаева, обнадеживающая ситуация и в Воронежской области – «в первом полугодии даже наблюдался профицит».

Контролируемая ситуация и в Белгородской области. «Почти все предприятия сохранили позиции. Например, есть вопрос к учреждениям культуры, где сказываются проблемы, – отметил эксперт. – А реальный сектор экономики работает. В этом отношении региональные власти постарались максимально сконцентрировать усилия, чтобы минимизировать тяжелые последствия».

В Пензенской области бюджет в будущем году прогнозируется профицитным – ожидается, что доходов будет больше, чем расходов, почти на 604 млн рублей, а в 2022-м – на 528,4 миллиона. Впрочем, сам документ в регионе еще не рассматривали, поскольку губернатор лишь на днях вернулся из отпуска и его параметры могут быть скорректированы.

В России прогнозируют рост госдолга к 2023 году

А в Свердловской области, к примеру, дефицит в бюджете на будущий год хоть и ожидается, но почти в два раза меньше, чем в нынешнем году. По словам председателя бюджетного комитета свердловского заксобрания Владимира Терешкова, областной минфин еще ведет расчеты параметров следующего года, так что говорить об увеличении дефицита рано. Тем не менее большого провала депутат не ожидает.

Пандемия: ситуация патовая или нет?

Лидером по госдолгу, по данным Минфина на 1 сентября, является Московская область. Он составил почти 182 миллиарда.

Нецелесообразно. Средний Урал отложил выпуск облигаций на 28 миллиардов

Многие бюджеты формируются с серьезным дефицитом. Кпримеру, бюджет Новосибирской области. «Главное отличие в том, что в прошлые годы дефицит обеспечивался внушительными переходящими остатками собственных средств бюджета, в 2021 году такого не будет», – заявил на заседании областного правительства министр финансов и налоговой политики региона Виталий Голубенко.

Непростая ситуация во многих субъектах ДФО. Долги растут уже много лет, например, в Хабаровском крае: при Вячеславе Шпорте он увеличивался на 8 миллиардов в год, при Фургале – на 6 миллиардов. Притом что последний обещал значительно снизить объем госдолга. Регион давно находится на грани банкротства – долговая нагрузка на бюджет составляет 75 процентов. Не единожды эксперты говорили о риске перехода края под внешнее управление.

a53b00e42c6447b599e9188353bbd474.jpg

Госдолг Калмыкии за месяц вырос на 450 миллионов

Тревожная ситуация и в Забайкалье. Там сумма госдолга относительно невелика – 26 миллиардов. Однако сам регион бедный, и долговая нагрузка на бюджет составляет 64 %. Одним из самых проблемных регионов ДФО остается также Еврейская автономная область. Хроническое недофинансирование привело к упадку во всех отраслях. Но с приходом нового главы в ЕАО туда наконец потекли деньги. В начале года, например, регион получил многомиллионный транш из федерального бюджета, чтобы закрыть долги перед бюджетниками.

По мнению экономиста Максима Кривелевича, имеющиеся проблемы регионов в ДФО в следующем году только усугубятся – из-за коронавируса.

«Пандемия сильнее всего ударила по сектору малого и среднего бизнеса. Это огромный сектор экономики Дальнего Востока: в Приморском крае, например, он дает 40 процентов ВВП. В других регионах цифра, может, чуть меньше, но не сильно. Крупные экономические проекты не столь важны для жителей региона. Да, на Дальнем Востоке их много, но основную погоду делает именно бизнес. Снижение налоговых поступлений, безусловно, скажется на всех регионах ДФО. Властям придется рассчитывать на помощь из федерального бюджета», – отметил он.

Глава бюджетного комитета заксобрания Пермского края Елена Зырянова уверена, что такая помощь – из центра – некоторым субъектам наверняка поступит. Но сомневается: всем ли по справедливости?

Силуанов: госдолг России остается на безопасном уровне

«Есть регионы, где давно нарушены все нормы Бюджетного кодекса, а объем заемных средств превысил собственные доходы. Вызванный пандемией кризис в первую очередь ударил по таким регионам. Надо учитывать, что субъекты РФ – это уровень государственной власти, и центр несет субсидиарную ответственность. Для регионов это означает получение межбюджетных трансфертов, субсидий, дотаций. Поэтому их дефицит имеет смысл оценивать в контексте параметров федерального бюджета. Будут деньги в казне – они будут перетекать на уровень ниже. Но перетекать очень неравномерно. Регионы, которые не смогли сохранить финансовую устойчивость, получат больше. Субъекты, которые контролируют ситуацию, как Пермский край, – меньше. Поневоле задаешься вопросом, а верно ли мы расставляем приоритеты?» – отмечает Елена Зырянова.

По мнению политолога Александра Жуковского, финансовые потери регионов на 50–60 % обусловлены последствиями пандемии, а остальное – результат неспособности управлять имеющимися ресурсами и использовать властные возможности. И приводит в пример Новгородскую область.

«Она не выпадает из общего фона статистики по коронавирусу и известных проблем с ним. Регион многие годы остается уверенным должником – более 15 млрд рублей. Основные финансовые провалы региона в предыдущем и текущем периодах сказываются в первую очередь на падающих доходах и расходах основного населения и стагнации всей инфраструктуры первичных типов и видов деловой активности (МСУ, МСБ, кооперация): доходы на одного человека за последние полгода упали с 31 716 рублей до 24 893 рублей при официальном росте цен в 3 %», – отмечает Жуковский.

Призывает не драматизировать ситуацию и политтехнолог Сергей Тараканов, заверяя, что бюджетная ситуация некритичная.

«Средняя закредитованность субъектов – 22 %. Ничего страшного для экономики не происходит. Бывали годы и похуже. Коронавирус не создал патовой ситуации», – уверен эксперт.

В качестве поддержки регионов он предлагает расширять возможности получения госкредитов и не «кормить» коммерческие банки, что позволит субъектам обеспечить все свои обязательства. «Нет смысла возлагать дополнительную нагрузку на налогоплательщиков через коммерческие банки. У нас чудовищные остатки на счетах федерального казначейства, их можно было дать регионам «в длинную». А происходит циничное лоббирование интересов банков», – добавляет Тараканов.

К слову, в ЮФО многие уже так и поступают. Краснодарский край, Астраханская область, Кабардино-Балкария, Карачаево-Черкесия, Северная Осетия – Алания, Чечня, Ставропольский край и Крым не имеют банковских кредитов. Они воспользовались бюджетным кредитованием, тем самым снизив нагрузку в части выплат процентов, так как по банковским соглашениям они выше. Впрочем, в Крыму и Севастополе это, скорее, вынужденное поведение – банки не идут на кредитование, поскольку оно повлечет за собой санкции на международном рынке.

Регионы выкручиваются, но про поддержку из центра не забывают

Выйти из кризисной финансовой ситуации, по мнению экспертов, регионам позволит только перестройка бюджетной и налоговой политики страны. По мнению руководителя Центра экономических исследований Института нового общества Василия Колташова, начинать надо с налога на прибыль. Прежде всего уходить от федерализма, когда, например, Москва имеет бюджет объемом почти в треть бюджета всей страны и может себе позволить менять тротуарную плитку и бордюры раз в два-три года, а большинство других субъектов вынуждены занимать деньги на самое необходимое.

«В первую очередь в зону экономии бюджетных средств в регионах попадают долговременные траты – реконструкция школ, зданий, инфраструктурные проекты. Власти будут выплачивать зарплаты, а потом разбираться с крупными тратами», – поясняет Колташов.

Менять бюджетную систему не в пользу федерального центра предлагает и директор Института свободы Федор Бирюков. Он напоминает, что регионы уже лишили большей части дополнительных доходов от налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ), кроме нефти, газа, алмазов и различных стройматериалов.

«Сейчас по этой статье регионы получают 60 % прибыли, а с 2021 года им останется лишь 17 %, остальное заберет центр, – пояснил Бирюков. – Если даже сейчас новая налоговая схема кажется приемлемой для региональных бюджетов, в дальнейшем ситуацию может ухудшить падение цен на мировых рынках, очередной экономический спад из-за пандемии, какие-нибудь еще негативные факторы. И регионы традиционно останутся в драных лаптях посреди русской зимы. А правительство привычно разведет руками и, если повезет, предложит какую-нибудь новую методику переливания финансовой крови от регионов-доноров в дотационные регионы».

Впрочем, пока эксперты размышляют, как же улучшить экономическое положение в регионах, на местах пытаются «выкручиваться».

Например, в Костромской области власти урезали расходные статьи и нашли скрытые доходы. Мэрия Москвы, вероятно, будет заимствовать этот опыт, так как, по предварительным оценкам градоначальника Сергея Собянина, в этом году столица недополучит около 750 млрд рублей.

А в Пермском крае буфером, смягчающим последствия падения доходов, послужит перенос сроков реализации крупных инвестпроектов. Так, планируется сократить расходы бюджета на подготовку ПСД. Вместе с тем краевые власти не намерены отказываться от строительства социально значимых объектов. Для снижения нагрузки на бюджет решено максимально широко задействовать механизм государственно-частного партнерства.

Глава Амурской области Василий Орлов в этом году попросил российское правительство провести реструктуризацию долгов Приамурья. Они не очень большие – 23 млрд рублей, но уменьшение размера выплат позволит высвободить приличные суммы. Эти деньги глава региона намерен вложить в развитие инвестиционных проектов. Их в области много – и ТОРы, и мосты в Китай, и крупные заводы. То есть речь идет о том, чтобы заставить деньги работать – фактически заработать на собственных долгах.

В Хабаровском крае последние полтора года власти, чтобы сэкономить, пытаются снизить бюджетные траты: сокращение чиновников, распродажа дорогостоящего имущества. Наиболее ярким лотом стала яхта «Виктория», приобретенная экс-губернатором края Виктором Ишаевым. Ее несколько раз выставляли на торги за 60 млн рублей, но покупателя так и не нашлось. Сейчас судно планируют передать спортивной школе. Кроме того, бывший губернатор Сергей Фургал значительно расширил план приватизации правительственного имущества: земель, иномарок (речь в том числе об автомобилях представительства края в Москве) и т. п. Но эти меры оказались не слишком действенными: долги Хабаровского края так и не уменьшились. К слову, нынешний врио губернатора пока остановил часть несостоявшихся торгов, чтобы «не допустить разбазаривания народного имущества».

В Башкирии для оптимизации бюджета в условиях пандемии предлагается сократить численность госаппарата минимум на 25 %. По словам премьер-министра республики Андрея Назарова, работа органов исполнительной власти должна стать еще более прозрачной и эффективной.

«Мы увеличим скорость принятия решений, для чего будем уменьшать количество бюрократических процедур, численность госаппарата. Республика получит компактную и эффективную структуру исполнительной власти», – отметил чиновник.

В Свердловской области ждут помощи от федерального бюджета, но рассчитывают и на свои источники доходов. «Нам нужна помощь из федерального бюджета, но мы будем использовать и собственные доходные источники, которых у нас достаточно много. Неплохо набирает темпы экономика, прежде всего машиностроение, металлургия, строительный комплекс», – говорит председатель бюджетного комитета свердловского заксобрания Владимир Терешков.

В Красноярском крае, по данным «ФедералПресс», в ближайшие недели будет объявлено о переходе нескольких инвестпроектов, входящих в КИП «Енисейская Сибирь», в активную стадию. Это стало возможным благодаря налоговым преференциям, принятым недавно краевым заксобранием, в том числе в связи с необходимостью интенсифицировать инвестиции в регион на фоне коронавирусных экономических трудностей. Но в большей степени рассчитывают на помощь из центра.

«Тем не менее основным источником компенсации выпадающих доходов остается поддержка из федерального бюджета. Надо признать, что одномоментно решить проблему невозможно, и даже если принять какие-то решения сейчас, вряд ли они дадут ощутимые результаты даже в 2021 году. Поэтому главное, что могут сделать регионы, – повышать эффективность бюджетных расходов», – считает депутат Законодательного собрания Красноярского края Илья Зайцев.

Обсуждение федерального бюджета – это ежегодное перетягивание финансового одеяла между регионами. А в сложившейся ситуации очевидно, что между субъектами началась настоящая конкурентная борьба – в том числе и за право привлечь планируемые крупными компаниями инвестиционные проекты именно на свою территорию.

Фото: ФедералПресс / Евгений Поторочин

Источник

Оставьте ответ

Ваш электронный адрес не будет опубликован.

семнадцать + 10 =